Главная arrow Аналитика - Архив arrow Демократический язык и цивилизационные стандарты
Демократический язык и цивилизационные стандарты Печать E-mail
Автор Тулешов В.У.   
10.07.2009 г.

Image

Демократический язык и цивилизационные стандарты - основа современной, в том числе и региональной, интеграции

(Концепция региональной интеграции на новых цивилизационных основаниях).

 

«Суверенитет безусловно и безгранично  принадлежит народу».

Кемаль Ататюрк

        Отказ Ислама Каримова от модели центрально-азиатской интеграции, предложенной Нурсултаном Назарбаевым,  не стал причиной глубокого изучения правительством Казахстана феномена сегодняшнего неустойчивого состояния интеграционных процессов в Центральной Азии, разобщенного состояния тюркского мира, не явился поводом для скорейшего претворения принципа полисоциокультурализма в практику межгосударственных отношений. Смыслопроизводящие корпорации соседних по региону тюркских стран, функционирующие практически обособленно, теряют былое духовное единство и культурно-историческую связь во времени. Элиты тюркских государств относятся друг к другу с подозрением, потому что в основе их контактов и взаимодействия лежат прагматические и геополитические интересы (вопросы транспортировки газа, нефти и т.д.). Между ними возникает региональное соперничество, локальные экономические конфликты и т.д.,  порой доходившие иногда до массовых столкновений (Ошские события). В целом же, тюркский суперэтнос не имеет, помимо турецкого этноса, тянущего практически на себе весь Объединенный Комитет по вопросам тюркской культуры и искусства (ТЮРКСОИ), элит, готовых осмыслить собственное значение в истории мировой цивилизации, теряя последнее пристанище былого величия и могущества - единую тюркскую идентичность.

        Излагая собственное видение механизма и содержания современной интеграции, в котором мы предлагаем выход из сложившейся ситуации, хотелось бы в более общем виде, так сказать, попутно, разъяснить концепцию и некоторые детали анонсированного ранее Координатором Европейского клуба Казахстана Айдосом Саримовым проекта по созданию Конфедерации интеллектуалов тюркоязычных стран.

 

Россия в авангарде постсоветской дезинтеграции.

          Как известно, полисоциокультурализм выступает основным принципом организации социального пространства во время перехода гражданских обществ индустриального типа - к постиндустриальному состоянию, от модернистской ориентации культуры - к постмодернистской,  и, следовательно, шире - принципом функционирования постлиберального и постнационального миропорядка. На рубеже перехода человеческих сообществ от силовых способов организации общественной жизни к новому цивилизационному и общечеловеческому сознанию, принцип полисоциокультурализма, представляющий собой конкретную, естественно-исторически, сложившуюся  систему общечеловеческих ценностей, демократических идеалов, нравственных норм и цивилизационных (европейских) стандартов, играет непреходящую роль проводника в мир новой ориентации культуры, в новую жизнь.

          Поэтому, страны, стремящиеся хотя бы сохранить своё влияние и тем самым остаться проводниками интеграционных процессов (не говоря о пресловутом «лидерстве») должны последовательно руководствоваться принципом полисоциокультурализма как во внутренней, так и во внешней политике. Во внутренней политике таких государств силовой вектор должен смениться на гуманитарный и демократический, с полноценным признанием прав субъектов федерации (в федерации) или национальных диаспор (в унитарном государстве) на реализацию собственной этнокультурной идентичности. В свою очередь, диаспоры или субъекты федерации должны признать право государствообразующей нации или федерального центра на реализацию государственной суверенности в необходимом объёме сфер и силы влияния. Тем самым, демократизм и гуманизм такой внутренне единой взаимным признанием прав и свобод (нации и диаспор, субъектов и федерального центра) этно-социальной структуры (как основы национального единства) будет проецироваться на внешнюю политику и внешний образ государства. Такое государство со временем, станет привлекательным для соседей и, очевидно, функционально сильным, уважаемым на международной арене.

          Вместо этого, в России, как и в Казахстане, до сих пор господствует прежняя силовая модель организации этнокультурного пространства, силовая, не демократическая, модель организации политического пространства (главы субъектов федерации, не говоря об остальных регионах,  не избираются и т.д.), историческая бессмысленность которой для современных демократических государств Европы и их гражданских обществ несомненна. Осуществляется процесс ускоренной централизации политического и экономического пространства, этнической унификации общего социального пространства под интересы одной, хотя и самой большой, этнической народности, которая, судя по рецидивам шовинизма и ксенофобии, с трудом мирится с этнокультурными интересами других. Элиты страны наметили явную тенденцию превращения федерации в унитарное русское государство. Об этом свидетельствует неконституционное сокращение субъектов федерации под надуманными предлогами.

         Во внешней политике действие «мягкой силы» в отношении бывших соседей по СССР со стороны Российской Федерации  практически отсутствует (если не считать недавно созданное в РФ по примеру USAID ведомство по поддержке соотечественников за рубежом), превалирует жесткое продвижение экономических и геополитических интересов, формирующее гегемонистские устремления политических элит. Общей гуманитарной демократической платформы, ориентирующей соседей на Россию, не создается, демократические идеалы и стандарты не формулируются и не продвигаются. В таком государстве перманентно сохраняется межэтническая напряженность как причина социального конфликта и дезинтеграции. Концепция внешней политики России, принятая недавно, к сожалению, повторила «силовой (прагматический) фактор» отстаивания Россией своих национальных интересов, который отнюдь не способствует формированию позитивного демократического содержания современного мира.

         В Казахстане, стремящемся к активному региональному сотрудничеству, также пока не понимают значения принципа полисоциокультурализма для реализации как внутренней, так и внешней политики, не понимают того, что преследование одних прагматических, чисто экономических интересов, без культурной платформы и демократической общецивилизационной составляющей не будет способствовать созданию каких либо постоянных и эффективных интеграционных объединений по той простой причине, что соседи будут расценивать такие прагматические интересы как угрозу экономическому положению своей страны, угрозу своему экономическому суверенитету. Наметившиеся экономические противоречия государств, при таких, чисто прагматических подходах, будут углубляться, а со временем, при полноценном осознании своих национальных интересов, противопоставляться, приобретать черты глубокого размежевания и геополитического противостояния этих стран.

          Поэтому, государственная политика Казахстана, как политика США и Европейского Союза, должна опираться, помимо преследования прагматических экономических интересов, на институты «мягкой силы» для продвижения своих подлинно национальных интересов, сквозь сито обсуждения которых в гражданском обществе необходимо проводить все без исключения внешнеполитические акции и инициативы государства. Кстати, многовекторность как вторичный формальный принцип (по отношению к полисоциокультурализму) внешней политики позволяет делать это без оглядки на прежнюю метрополию.

       

«Мягкая сила». Или новый курс интеграции Центральной Азии и тюркского мира.

        Политико-экономическая основа могущества США и культурно-цивилизационная мощь Европейского Союза являются взаимодополняющими сторонами цивилизаторской (естественно со своими плюсами и минусами) роли развитых стран, которую они играют в процессе мирофункционирования и мироразвития. США делают это в большей степени как гегемон, а ЕС - как миссионер. Второй путь предпочтителен для Казахстана как ещё слабого и не самодостаточного, развивающегося в демократическом отношении, государства, проект программы которого «Путь в Европу» должен по определению содержать все атрибуты такого культурно-цивилизационного видения.      

        В отличие от прагматизма России, Казахстан, например при воплощении нового курса по отношению к Средней Азии, должен делать акцент не только на макроэкономическом развитии региона и свободе торговли в нем, но и на убеждении легитимных (возможно, недемократически, не в соответствии со стандартами ОБСЕ, избранных) лидеров этих стран решать вопросы социальной несправедливости и неравенства. Поддержкой демократической эволюции стран Средней (Центральной) Азии, Казахстан прочно завоюет уважение их нарождающихся гражданских обществ. Играть роль лидера региона - означает для Казахстана быть своего рода демократическим «якорем», отстаивающим права и свободы не только своих граждан по всему периметру их осуществления, но и граждан соседних государств. А это очень серьезная задача и высокое предназначение, выполнение которой, наверняка, натолкнется на скрытое противодействие авторитарных режимов Средней Азии, но, с другой стороны, обозначит направление влияния Казахстана на эти страны в долгосрочной перспективе.  В этом аспекте, Казахстану, его гражданскому обществу, необходимо будет реагировать на все нарушения с соблюдением прав человека в том же Узбекистане, необходимо будет реагировать на нарушение демократического законодательства в Таджикистане, Туркменистане и Кыргызстане, реагировать на несоответствие стандартам ОБСЕ выборов в России и т.д. и т.п.

         Четкое гражданское законодательство, четкое его исполнение, полноценная реализация прав и свобод граждан, отстаивание прав и свобод детей, гендерного равенства, секулярной традиции государства, его светского характера и, в целом, отстаивание превосходства демократии над другими формами правления, будут сильными побудительными мотивами для населения соседних стран следовать в формате собственного развития примеру Казахстана.    

          Кстати сказать, в ряду этих действенных элементов «мягкой силы», не было упомянуто ещё об одном. А именно, о защите прав животных, которая то и в Казахстане находится на самом низком уровне по отношению к уровню Европейского Союза. По одной Талгарской трассе ежедневно сбивается автомобилями до десятка собак и кошек, «которые гуляют сами по себе», без какого-либо внимания со стороны государства и общества. А ведь в отношении к тем же животным, например, Милан Кундера увидел «подлинное нравственное испытание человечества, то наиглавнейшее испытание (спрятанное так глубоко, что ускользает от нашего взора)». «И здесь человек терпит полный крах, настолько полный, что именно из него вытекают все остальные». Поэтому, сдвинуться в  вопросе защиты прав животных - наш общий неотложный долг перед своими детьми, природой и собой. К тому же, такой нравственный долг сам по себе, есть свидетельство, если хотите, этического разлада человечества с самим собой, с его собственным представлением о жизни живых организмов, включая людей.

        Помимо этого, твердо стоять на искоренении проявлений терроризма у себя, и у соседей,  заинтересованно помогать в ликвидации последствий природного и техногенного характера, помогать деполитизировать органы внутренних дел, обучать их силы безопасности собственной практике содействия демократическим процедурам, оказывать медицинскую и социальную помощь в приграничных областях, оказывать бескорыстные миротворческие «услуги», дипломатическую и консульскую помощь своим и их гражданам за рубежом и т.д. и т.п. - это маленькая толика примерного  круга задач и обязательств, которые Казахстан как субъект культурной и нравственной политики должен по определению ответственно и на основе доброй воли выполнять по отношению к соседям. В поддержке усилий тех же узбеков и кыргызов, туркмен и таджиков по решению самых серьезных проблем их развития будет состоять самый настоящий прорыв в двусторонних отношениях и региональном сотрудничестве. В торгово-экономической политике, сохраняющей торговые преференции для развивающихся соседних стран, в подходе к энергетическим и экологическим вопросам, позволяющим акцентировать внимание соседей на энергосбережении и следовании экологическим стандартам, в водопользовании, ориентирующемся на новые системы орошения и водосберегающие технологии, Казахстан должен выработать самую передовую формулу регионального взаимопонимания, идя навстречу своим соседям, оказывая им, где это требуется, финансовую и техническую помощь.

         Региональный финансовый центр, который Казахстан строит в Алматы, не должен противопоставляться экономическим интересам соседей в том виде, как это происходит сейчас. Совместные банки, ипотечные организации, инвестиционные фонды и т.д. должны действовать для реализации двусторонних взаимовыгодных совместных проектов, иметь приоритет как международные проекты над национальными. Сначала построить Казахстан, а потом строить отношения с соседями, создавать интеграционный союз, - не получится. Те же соседи должны видеть, что как бы тяжело нам не было, с какими бы трудностями не сталкивался Казахстан, его политика всегда будет честной, культурной и нравственной по отношению ко всем странам, с которыми у Казахстана существуют дипломатические отношения.

        Такая гуманитарно-ориентированная политика страны по отношению к соседям будет побуждать их к проведению необходимых экономических и политических реформ, росту доверия и ответственности к национальным интересам нашей страны. Она запустит механизм формирования общих ценностей и интеграционных стимулов.  Ведь там, где формируются общие ценности, там обязательно  появляется и общая ответственность.

        Наконец, какой-либо реальной альтернативы, позволяющей Казахстану влиять на мирную эволюцию соседних развивающихся государств, просто не существует.

 

Следуя заветам Ататюрка.

        Если говорить о  развитии регионального сотрудничества государств в аспекте возрождения общетюркских цивилизационных смыслов и общей тюркской идентичности, то заинтересованным институтам гражданского общества Казахстана при всесторонней поддержке государства, а именно Министерства иностранных дел и Министерства культуры и информации, Министерства образования и науки, при соответствующем увеличении их бюджетов, следует интенсифицировать культурный и информационный обмен с соответствующими НПО тюркских государств до степени реализации совместных проектов по обобщению и производству смыслов исторических перспектив и ретроспектив тюркского мира, его культуры и цивилизации. Ибо тюркская идентичность жива тогда, когда существует понимание в языке и литературе, в образовании, в культуре, в общем, когда кыргыз, например, понимает татарина, турок - узбека и т.д., когда, в целом, тюрки воспринимаются другими суперэтносами как особенный суперэтнос, привнесший в развитие мировой цивилизации свой, неповторимый, совершенно уникальный вклад.

       Примером такого прорывного для тюркской интеллектуальной элиты проекта может быть создание в рамках тюркского пространства общего института языка и литературы,  предложенного Айдосом Саримовым, координатором Европейского клуба Казахстана,  который будет «элементарно собирать информацию о современном языковом строительстве, в какой стране какими терминами оперируют», создавать словари транслитерации, отслеживать сочетание графических основ национальных алфавитов, и т.д., включая вопросы перевода казахского алфавита на латинскую графическую основу (См.: Айдос Саримов. «Кризис - это и риск, и шанс».- Начнем с понедельника. №26 (740). 27 июня - 3 июля 2008 г.). Создание такого института могло бы стать важной частью государственной программы «Путь в Европу», нацеленной на консолидацию тюркоязычных стран в преддверии грядущего председательства Казахстана в ОБСЕ, ориентирующегося на укрепление взаимопонимания европейских стран и тюркоязычных государств исламской ориентации.

        Кстати, с узбеками по этому поводу можно было быстрее найти общий язык, попросив их поделиться теорией и практикой перевода узбекского алфавита на латинскую графику. Потому что, по истечении скажем 10 - 15 лет мир станет ещё более свободным, существенно возрастет коммуникативность, мощь и динамизм казахской нации, да и других тюркских этносов, люди будут свободно ездить, работать, отдыхать и общаться. И для этого потребуется соответствующая культурологическая, да и что греха таить, транспортная, производственная и социальная инфраструктура, когда, как на границе Бельгии, Голландии и Франции, будут работать совместные полицейские участки, станции «скорой помощи», «служб спасения», ветеринарные и таможенные лаборатории и посты, интегрированные станции «метро» и т.д. и т.п., когда транспортные системы Казахстана и стран Центральной Азии, Казахстана и Азербайджана, Армении, Грузии, Турции, Европейского Союза будут сочленены, заработают транспортные коридоры «Западный Китай - Западная Европа», «Север - Юг» и т.д. и т.п. Тогда не только Турция или Казахстан, но весь тюркский мир превратится в проводника и, одновременно, активного участника глобальных геополитических и цивилизационных проектов, в субъекта (возможно на уровне того же Европейского Союза, в случае, если наши страны не будут входить в него) мировой экономики и политики. В этом случае, уже сейчас надо думать о создании Тюркского Союза по примеру Союза для Средиземноморья, созданного Европейским Союзом и странами Средиземноморья для реализации совместных проектов.

       Так же, одним из ключевых, объединяющих все тюркские народы моментов, Айдос Саримов считает эпическую культуру и мифологию, которые содержат весь наш духовный опыт, накопленный в доисторическом, архаическом времени. Только один казахский эпос, например, сопоставим по объему с древнеиндийским эпосом, насчитывающим более одного миллиона условных печатных листов. А что говорить о других, более чем 30 тюркских этносах, которые также имеют не одну тысячу условных печатных листов эпических сказаний и поэм?  Поэтому, расшифровывание, нормальное изучение и понимание эпики тюркскими философами, культурологами позволит в будущем открыть, если мы будем идти, образно говоря, «по пути Генриха Шлимана» («который, идя по следу «Илиады» и «Одиссеи» открыл Трою»), не одну тюркскую «духовную Трою», что будет  неоценимым вкладом прежде всего в европейскую (поскольку светский и демократический Казахстан находится в первую очередь на европейской культурной платформе) и мировую культурную, духовную сокровищницу (Там же).      

       Помимо этого, большого внимания требует обобщение опыта государственного и национального строительства тюркских государств, опыт преобразований экономики и политической жизни, процессов социализации и т.д. Соответствующие совместно созданные организации тюркских государств и этносов могли бы активно развивать данные сферы сотрудничества, усложняя и умножая культурный и цивилизационный потенциал тюркского мира и каждого отдельного его этноса.

        Так, например, для Казахстана и других тюркских стран, чрезвычайно интересным в этой связи становится опыт демократической Турции, которая недавно получила статус кандидата во вступление в Европейский Союз. За прошедшее после начала переговорного процесса с ЕС время, Турция серьезно определилась с усилением роли парламента, ставшим, по сути, основным направлением развития Турции на пути вступления в Евросоюз.  Хотя в Турции не было традиции разрешать споры с помощью диалога в рамках парламентских процедур, однако Конституционный Суд Турции, как представитель независимой судебной ветви власти, имеет все необходимые полномочия для решения любых сложных вопросов политического дискурса, являясь подлинным гарантом Конституции, её светского и демократического характера.

         Это стало видно из ситуации, сложившейся по отношению к происламистской «Партии Справедливости и Развития», по которой Конституционный Суд мог вынести решение о запрете. Дело в том, что сторонники оппозиционных партий обратились в Конституционный Суд с требованием запретить данную партию потому, что они считают, что власти намеренно исламизируют общество, нарушают светские основы республики, так как правящая «Партия Справедливости и Развития», одержавшая победу на парламентских выборах, имеет парламентское большинство и сформировала правительство Тайыпа Эрдогана. В случае, если Конституционный Суд все же запретил бы правящую партию (за 50 лет в Турции было запрещено около 20 партий), то тогда политический кризис мог разрешить только турецкий парламент, сформировав до новых выборов временное правительство национального согласия.

         Этого хотела, кстати, и военная верхушка Турции, её генералитет, выступающая, как истинные последователи К.Ататюрка, гарантом светскости Турции, так как «Партией Справедливости и Развития» было проведено несколько законопроектов, нарушающих светский характер государства. В этой связи, отрадно, что религиозность, исламизация общества в обмен на его светскость и демократические устои в Турции уже не пройдут. Глубокая секулярная традиция турецкого общества тому мощная опора.

         С другой стороны, готовность турецкой элиты и турецкого государства (в соответствии с решениями Европейского суда по правам человека) выплатить компенсации и произвести реституцию собственности грекам, чьи земельные участки и недвижимое имущество на севере Кипра были незаконно и нелегально пущены в коммерческий оборот, свидетельствует об устоявшемся в турецком обществе желании следовать государственно-правовым стандартам Европейского Союза, его незыблемой платформе прав и свобод личности.

         Турецкая республика Северного Кипра появилась на свет после высадки на остров турецких войск в ответ на желание большой части граждан Кипра воссоединиться с Грецией. С тех пор остров был поделен на греческую и турецкую части. В 2003 году была открыта граница между ними, что способствовало возникновению предположения о том, что весь Кипр, при решении вопроса о воссоединении, получит возможность вступить в Европейский Союз.  Конечно, вопрос о воссоединении Кипра не сможет решиться положительно без решения вопроса о собственности, которую Турция, как я уже сказал, готова возвратить или компенсировать грекам на основе решения Европейского суда по правам человека. В основе такого прогресса лежит способность и греков, и турков признать основополагающие права друг друга, среди которых важнейшими являются права собственности.

        Таким образом, как видно из опыта, Турция сегодня готова институционально, на основе стандартов, законодательства и процедур Европейского Союза, отраженных в принципе полисоциокультурализма, то есть, культурно и этично, а в целом, мирно, в режиме диалога, а не конфронтации, решать практически все вопросы, связанные с её вступлением в Евросоюз, будь то вопрос о реституции собственности, будь то вопрос о дальнейшем развитии светскости и демократических устоев государства, будь то вопрос о способности интегрировать этнические меньшинства, предоставляя им возможность карьерного роста (курдская проблема).

        Проецируя данные примеры на Казахстан, становится очевидной причина, по которой в Казахстане вопрос о вступлении его в Европейский Союз остается не артикулируемым, а значит и нерешаемым. Эта причина заключается в неготовности и неконсолидированности элиты нации, а значит в её функциональной незрелости и институциональной слабости в данном вопросе по сравнению с той же турецкой элитой. В Казахстане отсутствует независимый Конституционный Суд. Судебная ветвь власти, как и парламентская, находится в подчиненном, угнетенном положении у исполнительной ветви, а само устройство власти основано на силовой  президентской форме правления. Из-за этой слабости и отсталости нашей элиты, неспособной подняться на европейский уровень постановки и решения задач, получается, что тюрки турецкого государства, образно говоря, цивилизационно близки не казахам и узбекам, а тем же грекам и болгарам, которые тюрками сегодня не являются. Обидно до глубины души, честное слово!

 

Культура как основное содержание «мягкой силы».

         Теперь же, важно переформатировать на основе принципа полисоциокультурализма все мало-мальски серьезные проекты страны, государства, нации в области культуры, искусства, науки, образования, поскольку до сих пор они являлись, в силу своей посттоталитарной определенности, политическим кичем господствующей элиты, неким эстетическим идеалом категорического согласия (по выражению Милана Кундеры) с господствующей политической доктриной.

         Поразительная эстетика этнической культуры, глубочайшая образность эпики и мифологии, воспринимаемые родственными народами, их глубоко этическая, щемящая душу, оппозиция к отношениям господства-подчинения, к власти, вкупе с пронзительной искренностью, чистотой помыслов и способов такой работы, которая может быть обеспечена истинной свободой творчества, мастеров кисти и слова, ноты и образа, - суть новые основания этнокультурного развития тюркских наций и их государств.

         Наполнить жизнь тюркских народов совместными культурными мероприятиями, начать проводить ежегодные фестивали тюркской кухни, моды, музыки, песен, танца, театра, кино, балета и т.д. и т.п. -  значит обогатить родственные народы ощущением исторической и культурной близости, общности исторической судьбы и общественного прогресса. Все должно объединять и, прежде всего, литература, ибо в художественном слове, в мысли заключено начало осознания содержания любого интеграционного процесса. Фестивали кино, медиафорумы, конференции философов, инженеров, архитекторов и компьютерщиков, праздники наурыз, сабантуй, научные конференции, посвященные формированию облика единой истории тюркских этносов - все должно говорить о единой идентичности разных тюркских этносов. Чтобы увидеть божественность тюркской культуры в самых разнообразных традициях тюркских этносов.

          Если, романо-германская  этническая культура явилась основанием культурных традиций стран Евросоюза, а номадическо-тенгрианская этническая культура будет осознана как основание культурных традиций всех тюркских этносов, то вместе все тюркоязычные государства, внедри они в конструкцию своих взаимоотношений принцип внутреннего строения Евросоюза, будут олицетворять собой субъектов такого будущего Тюркского Союза, который по своему этно-культурному качеству и цивилизационному статусу будет, фактически,  Тюркским Европейским Союзом. Поэтому 21 век может и будет открытием тюркского мира. Новая демократическая культура глубоко интегрированного тюркского мира, основанного на принципах внутренней конструкции Евросоюза станет ответом на вызовы нового многополярного, постиндустриального и постмодернистского человеческого мира.

        Итак, как стало видно, именно культура, её современная постмодернистская ориентация является притягательным элементом любой интеграции, ибо учитывает в своих принципах и методах развития самые полные права и свободы граждан, их глубинную этическую конструкцию, способствуя, через институты современной демократии, сочетанию национальных интересов стран, желающих прогресса и процветания своим гражданам.   

       

Заключение

        Таким образом, если демократический язык, цивилизационные демократические стандарты, общие гуманистические идеалы и культурные ценности, а не пресловутые прагматические и геополитические интересы, выдаваемые порой за национальные, - основа современной региональной интеграции и назревшего тюркского единства, без которого история тюрков (вместе или раздельно, не имеет смысла)  уже никогда не повторится, то общим философским умонастроением современной эпохи для казахов может и должна выступать идея строительства нации и государства по стандартам и принципам внутренней конструкции стран Европейского Союза, что в свою очередь, создаст мотивы и устойчивые предпосылки для региональной и этно-культурной интеграции (Центрально-Азиатский и Тюркский союзы). Последнее явится цивилизационным звеном глобальной интеграции Казахстана как развитого государства и полноценного субъекта международных отношений в современный постлиберальный миропорядок. Потому что пока, в условиях декларируемой многовекторности, являющейся, по сути, синонимом цивилизационной слепоты, Казахстан, находящийся в культурно-цивилизационной зоне влияния России (ОДКБ, ЕврАзЭСа и т.д.) и не имеющий устойчивых, глубоко интегрированных и цивилизованных отношений с соседями и братьями-тюрками, формально, на основе выполнения определенных условий, избранный в качестве председателя ОБСЕ в 2010 году и принятый в качестве партнера развитыми странами мира, полноценным субъектом международных отношений не является. Этого следует целенаправленно добиваться.

P.S.    Статья была написана за неделю до событий в Грузии.

Статья была опубликована на вэб-сайте http://www.zonakz.net/articles/22791, 18 августа 2008 г.

 

В.У.Тулешов, Руководитель Центра международных исследований

 
« Пред.   След. »